Чапа

Объевшись торта "Мишка косолапый",
я вышел в ночь поймать любимой тачку.
"Такую мразь зовут наверно, Чапой," -
подумал я, взглянувши на собачку,

которую девчонка-малолетка
вела в кусты осенние просраться.
"Послушай, как зовут тебя, соседка?
Не хочешь научиться целоваться?" -

"Альбина, - отвечала чаровница,
потупившись, добавила: - хочу".
"Тогда пошли к тебе скорей учиться!
А я уж, будь покойна, научу.

Скажи, а папа с мамой дома?" - "Нету".
"А где они?" - "В отъезде". - "Очень жаль"
И подхватив под мышки дуру эту,
я поволок её гасить печаль.

О, мой читатель, хрюндель краснорожий!
Ты помнишь, как во дни младых забав
лежал ты на травы зелёном ложе,
зефирку малолетнюю обняв?

Вот так и я, годами старый папа,
лежал с моей зефирочкой в обнимку,
а рядышком скакала мерзость Чапа,
собачьи демонстрируя ужимки.

(Одни девчонок называют "фея"
зовут другие "тёлка" или "жаба",
а я зову зефирками и млею -
не бог весть что, но не хамлю хотя бы).

Когда ж моя зефирочка Альбина
сомлела и сняла с себя штанишки,
я понял, что пора проститься чинно,
что все, что будет дальше - это слишком.

Поцеловав округлости тугие,
я подхватил со стула плащ и шляпу.
Но не сбылись намерения благие -
в прихожей напоролся я на Чапу.

Озлобленная мелкая скотинка
услышала команду: "Чапа, фас!" -
подпрыгнула, вцепилась мне в ширинку
и с воем потащила на матрац.

"Куда вы торопились, добрый гуру?
По мне уже учить - так до конца.
Меня вы, видно, приняли за дуру,
но я то вас держу за молодца!"

Альбинка, подразнив меня словами,
с моей мотни животное сняла.
Не описать мне, не раскрыть пред вами,
какая ночь у нас троих была!

Троих, поскольку милый пёсик Чапа,
орудуя слюнявым язычком,
лизал нас, щекотал, толкал и лапал,
и в сексе был отнюдь не новичком.

Вернулся я к покинутой любимой
ободранный, но с нанятою тачкой,
и прошептал чуть слышно, глядя мимо:
"Любимая, обзаведись собачкой".

© Вадим Степанцов (Бахыт компот)